Неточные совпадения
— Я ничего не знаю и знать не хочу, кто там и что. Я знаю, что брат моего
мужа умирает и
муж едет к нему, и я
еду с
мужем, чтобы…
— Нет, ничего не будет, и не думай. Я
поеду с папа гулять на бульвар. Мы заедем
к Долли. Пред обедом тебя жду. Ах, да! Ты знаешь, что положение Долли становится решительно невозможным? Она кругом должна, денег у нее нет. Мы вчера говорили с мама и с Арсением (так она звала
мужа сестры Львовой) и решили тебя с ним напустить на Стиву. Это решительно невозможно. С папа нельзя говорить об этом… Но если бы ты и он…
Дарья Александровна исполнила свое намерение и
поехала к Анне. Ей очень жалко было огорчить сестру и сделать неприятное ее
мужу; она понимала, как справедливы Левины, не желая иметь никаких сношений с Вронским; но она считала своею обязанностью побывать у Анны и показать ей, что чувства ее не могут измениться, несмотря на перемену ее положения.
Не позаботясь даже о том, чтобы проводить от себя Бетси, забыв все свои решения, не спрашивая, когда можно, где
муж, Вронский тотчас же
поехал к Карениным. Он вбежал на лестницу, никого и ничего не видя, и быстрым шагом, едва удерживаясь от бега, вошел в ее комнату. И не думая и не замечая того, есть кто в комнате или нет, он обнял ее и стал покрывать поцелуями ее лицо, руки и шею.
Вернувшись домой, Вронский нашел у себя записку от Анны. Она писала: «Я больна и несчастлива. Я не могу выезжать, но и не могу долее не видать вас. Приезжайте вечером. В семь часов Алексей Александрович
едет на совет и пробудет до десяти». Подумав с минуту о странности того, что она зовет его прямо
к себе, несмотря на требование
мужа не принимать его, он решил, что
поедет.
— Приехала сегодня из Петербурга и едва не попала на бомбу; говорит, что видела террориста,
ехал на серой лошади, в шубе, в папахе. Ну, это, наверное, воображение, а не террорист. Да и по времени не выходит, чтоб она могла наскочить на взрыв. Губернатор-то — дядя
мужа ее. Заезжала я
к ней, — лежит, нездорова, устала.
Какой-то генерал просит со мною увидеться: милости просим; входит ко мне человек лет тридцати пяти, смуглый, черноволосый, в усах, в бороде, сущий портрет Кульнева, рекомендуется мне как друг и сослуживец покойного
мужа Ивана Андреевича; он-де
ехал мимо и не мог не заехать
к его вдове, зная, что я тут живу.
Но, взглянув на часы, он увидал, что теперь уже некогда, и надо торопиться, чтобы не опоздать
к выходу партии. Второпях собравшись и послав с вещами швейцара и Тараса,
мужа Федосьи, который
ехал с ним, прямо на вокзал, Нехлюдов взял первого попавшегося извозчика и
поехал в острог. Арестантский поезд шел за два часа до почтового, на котором
ехал Нехлюдов, и потому он совсем рассчитался в своих номерах, не намереваясь более возвращаться.
Ночью даже приснился ей сон такого рода, что сидит она под окном и видит: по улице
едет карета, самая отличная, и останавливается эта карета, и выходит из кареты пышная дама, и мужчина с дамой, и входят они
к ней в комнату, и дама говорит: посмотрите, мамаша, как меня
муж наряжает! и дама эта — Верочка.
[Жена Невельского, Екатерина Ивановна, когда
ехала из России
к мужу, сделала верхом 1100 верст в 23 дня, будучи больною, по топким болотам и диким гористым тайгам и ледникам охотского тракта.
На другой день Харитина получила от
мужа самое жалкое письмо. Он униженно просил прощения и умолял навестить его. Харитина разорвала письмо и не
поехала в острог. Ее теперь больше всего интересовала затея женить доктора на Агнии. Серафима отнеслась
к этой комбинации совершенно равнодушно и только заметила...
Затем
муж везет молодую жену
к своим родителям, те уж дожидаются — знают, что сын
поехал сноху им выкрасть, новую даровую работницу в дом привезти, с радостью встречают они новобрачных.
— Покорно благодарю вас, Эмилий Францевич, — от души сказал Александров. — Но я все-таки сегодня уйду из корпуса.
Муж моей старшей сестры — управляющий гостиницы Фальц-Фейна, что на Тверской улице, угол Газетного. На прошлой неделе он говорил со мною по телефону. Пускай бы он сейчас же
поехал к моей маме и сказал бы ей, чтобы она как можно скорее приехала сюда и захватила бы с собою какое-нибудь штатское платье. А я добровольно пойду в карцер и буду ждать.
— Знаете, какая новость? Идучи
к вам, встретился с Розановой, и она мне возвестила, что
едет на днях
к мужу.
Он
поехал прямо на квартиру
к Янкелю Аароновичу. Жена Цангера Ревека Самуиловна сообщила ему, что
муж ее сидит в доме содержания неисправимых должников. О положении его дел она отозвалась незнанием.
— А я вас не прощаю и не извиняю, — ответила та ему, — и скажу прямо: если вам не угодно будет дать сегодня же бумагу, которую я требую от вас, то я
еду к генерал-губернатору и расскажу ему всю мою жизнь с вами, — как вы развращали первого моего
мужа и подставляли ему любовниц, как потом женились на мне и прибрали
к себе в руки весь капитал покойного отца, и, наконец, передам ему те подозрения, которые имеет на вас Марфин и по которым подан на вас донос.
Егор Егорыч, хоть ему, видимо, не хотелось расставаться с Сусанной, согласился однако, вследствие чего gnadige Frau пересела в карету, взяв на всякий случай от
мужа все пузырьки с лекарствами, везомые им для адмиральши, а Сверстов влез в бричку
к Егору Егорычу, и они повернули с большой дороги, а карета
поехала дальше по прежнему пути.
Бывали также Ченцовы несколько раз в маскарадах Дворянского собрания, причем Катрин ходила неразлучно с
мужем под руку, так что Валерьян Николаич окончательно увидал, что он продал себя и теперь находится хоть и в золотой, но плотно замкнутой клетке; а потому, едва только наступил великий пост, он возопиял
к жене, чтобы
ехать опять в деревню, где все-таки ему было попривольнее и посвободнее, а сверх того и соблазнов меньше было.
— Ревельской знакомой! — повторила себе аптекарша и велела кучеру
ехать по направлению
к дому, где тотчас же передала
мужу поручение Аггея Никитича.
— Но не можете ли вы
поехать к нему и расспросить его о деле вашего
мужа?
— Вас обвиняют в том, что перед тем, как ваш
муж поехал ревизовать почтмейстеров, вы через почтальонов всем им объявили, что это
едет их начальник,
к которому они должны являться с приношениями!.. Что это такое?.. Назовите мне ваш поступок и научите меня, как мне именовать его? — кричал Егор Егорыч.
— Да, вероятно, из господ дворян ко мне никто и не
поедет; словом, все это сводится
к тому, что если вы меня искренно любите, то должны осчастливить вашим супружеством со мной, — тогда я сразу делаюсь иным человеком: я уже не проходимец, не выскочка, я
муж ваш и зять покойного Петра Григорьича…
«Надо
ехать домой!
К мужу», — вспомнила она и вздрогнула.
— Не захочет принять нас — не примет… Но, повторяю, это наша обязанность… выразить соболезнование… Мы
едем не
к дочери,
к которой, вероятно, относится твое «но»… Она, наверное,
к нам и не выйдет, а впрочем, может быть… Ведь с
мужем у нее все конечно.
— Я сейчас об
муже известие получила, — сказала она. — Мне надобно
ехать к нему; он очень болен.
«Милый друг мой! Понять не могу, что такое; губернатор прислал на тебя какой-то донос, копию с которого прислал мне Плавин и которую я посылаю
к тебе. Об отпуске, значит, тебе и думать нечего. Добрый Абреев нарочно ездил объясняться с министром, но тот ему сказал, что он в распоряжения губернаторов со своими подчиненными не входит. Если
мужа ушлют в Южную армию, я не
поеду с ним, а
поеду в имение и заеду в наш город повидаться с тобой».
Ехать к матери не было никакой возможности, так как та сама чуть не умирала с голоду; воротиться другой раз
к мужу — она совершенно не надеялась, чтобы он принял ее.
В том месте, где
муж героини
едет в деревню
к своей любовнице, и даже описывается самое свидание это, — Виссарион посмотрел на сестру, а потом — на брата; та немножко сконфузилась при этом, а по лицу прокурора трудно было догадаться, что он думал.
Юлия, услыхав о приезде Мари
к Вихрову, воспылала нетерпением взглянуть на нее и поэтому подговорила
мужа, в одно утро,
ехать в Воздвиженское как бы затем, чтобы навестить больного, у которого они давно уже не были.
Павел кончил курс кандидатом и посбирывался
ехать к отцу: ему очень хотелось увидеть старика, чтобы покончить возникшие с ним в последнее время неудовольствия; но одно обстоятельство останавливало его в этом случае: в тридцати верстах от их усадьбы жила Фатеева, и Павел очень хорошо знал, что ни он, ни она не утерпят, чтобы не повидаться, а это может узнать ее
муж — и пойдет прежняя история.
Для этой цели она напросилась у
мужа, чтобы он взял ее с собою, когда
поедет на ревизию, — заехала будто случайно в деревню, где рос ребенок, — взглянула там на девочку; потом, возвратясь в губернский город, написала какое-то странное письмо
к Есперу Иванычу, потом — еще страннее, наконец, просила его приехать
к ней.
— Мой
муж больной, — повторяет дама, — а меня ни за что не хотел
к вам пускать. Вот я ему и говорю:"Сам ты не можешь
ехать, меня не пускаешь — кто же, душенька, по нашему делу будет хлопотать?"
— Конечно, она приезжала
к Оле, чтобы передать ей два билета в театр, но ведь я ее тетка, а ты мне
муж, и она живет у нас. Жаль, что у Оли не было туалета, чтобы
поехать с нею в театр.
— Оставь меня, Семен! Я, разумеется, не назову имени человека, прежде, чем расскажу, почему я его подозреваю! Когда Оля жила у вас, она познакомилась с некоей Левицкой, молодой девушкой, которая затащила ее в известный притон на Васильевском острове
к полковнице Усовой. Не сдобровать бы уж ей и тогда, но спасибо добрый человек Ястребов разъяснил нам, в чем дело, и
муж вовремя
поехал к Усовой и застал Олю с глазу на глаз с…
Но тут произошла вещь самая неожиданная, поразившая Лару жестоко и разразившаяся целою цепью самых непредвиденных событий: столь милостивая
к Ларисе Глафира встретила ее сухо, выслушала с изумлением и, сильно соболезнуя об исходе, какой приняло дело, советовала Ларе немедленно же послать вдогонку за
мужем депешу или даже
ехать вслед за ним в Петербург и стараться все поправить.
— Молоденькой, хорошенькой дамочке одной
к мужу ехать скучно… Прекрасно-с! А при третьем лице, при провожатом вроде старухи-тетки, вам будет веселей… Нет, нет, именно: благодарю, не ожидал. Мне это напоминает Поль-де-Коковскую няньку, охранительницу невинности, или мадемуазель Жиро…
— Но как быть: через кого в этом удостовериться? Ни
муж, ни Форов не могут
ехать к этому герою… Евангел… но его даже грех просить об этом. И за что подвергать кого-нибудь из них такому унижению? Да они и не пойдут: мужчины мелочны, чтобы смирить себя до этого… Нечего раздумывать: я сама
поеду к Горданову, сама все узнаю! Решено: я должна
к нему
ехать.
Все это так и исполнилось: один обрил голову, другая написала письмо
к Ларе. Та получила это письмо без
мужа и стала в тупик:
ехать ей, или не
ехать в тот дом, где бывает Горданов?
С этим она, обойдя с огнем всю квартиру, распорядилась внести свои вещи в кабинет
мужа, а сама наскоро умылась, сделала без всякой сторонней помощи довольно скромный туалет и, послав человека за новою каретой, присела у мужниного письменного стола и написала: «Я
еду к брату Григорию и через час возвращусь. Если вы ранее меня возвратитесь от княгини Казимиры, то распорядитесь избрать мне в вашей квартире уголок для моего приюта».
Глафира еще спала, когда ей был доставлен чрез курьера конверт; Грегуар извещал сестру, что он уже виделся с генералом, который может оказать ей защиту против хищников, опутавших ее
мужа, и советовал ей, не теряя времени, тотчас
ехать к его превосходительству.
Eudoxie, ты добра и, я уверен, готова на всякое пожертвование для [меня], но прошу тебя не
ехать ко мне, ибо мы будем все вместе, и вряд ли позволят сестре следовать за братом, ибо, говорят, Чернышевой это отказано. [А. Г. Чернышева все-таки
поехала в Сибирь
к мужу Н. М. Муравьеву и брату З. Г. Чернышеву.] Разлука сердец не разлучит.
И Анна Сергеевна стала приезжать
к нему в Москву. Раз в два-три месяца она уезжала из С. и говорила
мужу, что
едет посоветоваться с профессором насчет своей женской болезни, — и
муж верил и не верил. Приехав в Москву, она останавливалась в «Славянском базаре» и тотчас же посылала
к Гурову человека в красной шапке. Гуров ходил
к ней, и никто в Москве не знал об этом.
Нет,
поедем, я тебя
к мужу свезу».
Угрызения заслонили в душе
мужа все другие чувства. Он забыл, куда он
едет, зачем, что ему надо говорить, чем распоряжаться… Он был близок
к нервному припадку.
— Думать надо, — сказал Садо, усаживаясь на корточки перед Хаджи-Муратом. — Женщина с крыши видела, как ты
ехал, — сказал он, — и рассказала
мужу, а теперь весь аул знает. Сейчас прибегала
к жене соседка, сказывала, что старики собрались у мечети и хотят остановить тебя.
Итак, через день назначено было
ехать к Александре Степановне и она с своим башкиролюбивым супругом отправилась накануне в свою Каратаевку и пригласила, с позволенья отца, старшую и младшую сестру; а Елизавета Степановна осталась дома под предлогом, что у ней больной
муж лежит в Бугуруслане, а собственно для назидательных бесед с стариками.
Первою мыслью ее явилось
ехать в Петербург
к мужу, о болезни которого она знала, и на коленях вымолить у него прощение за нанесенные ею ему обиды. Без этого прощения ее остальная жизнь представлялась ей адом.
Ее лицо нашел он миловидным и очень знакомым по типу. Наверное, она откуда-нибудь с Волги же родом, скорее сверху, из Ярославля, Костромы, Кинешмы; какая-нибудь обывательская дочь, бабенка или девушка; много-много — молоденькая жена станового, акцизного или пароходского служащего,
едет на ярмарку повеселиться,
к мужу, или одна урвалась. Может быть, из воспитанных, потому что держит себя без купеческой чопорности, даже весьма развязно, так что ее примут, пожалуй, и за особу, склонную
к приключениям.
Спокойно, самоуверенно мысли о превосходстве мужчины проникали в его голову, Где же женщине против мужчины!..
Ехала бы она одна? И деньги потеряла бы. Наверно!.. Без платья, без копейки, без паспорта… Должна была бы вернуться
к мужу, если б осталась в живых.
Долго пришлось Серафиме ждать возвращения
мужа из клуба. Захар
поехал за ним
к двенадцати.